Детский портал 4Kids
www.4kids.com.ua → Клуб увлечений → Сказки → Украинские народные сказки
Регион:
Город:
Фраза:
Например, магазин
Опрос
На что больше всего уходит Ваше время в течении дня?
–  на детей
–  на мужа
–  на работу
–  на домашнии дела
–  на хобби
–  на самореализацию
Погода
Суббота, 27/05
+18..+20 °C; Ясно
748 мм рт. ст.
С-З, 5-7 м/с
Ясно
Детский гороскоп
Овен Телец Близнецы Рак
Лев Дева Весы Скорпион
Стрелец Козерог Водолей Рыбы

Наша кнопочка:

Детский портал «4Kids»

получить код

Украинские народные сказки

Все сказки раздела

Дедова дочка и золотая яблонька

Дедова дочка и золотая яблонька

Жили себе дед да баба. У деда была дочка, и у бабы была дочка. А был дед женат второй раз, — от первой жены была у него дочка, а бабу он взял вдовушку, и была у нее дочка, выходит, что стали дети сводными сестрами. Росли себе девочки вместе, стали уже девушками. Да только невзлюбила мачеха дедову дочку, все, бывало, на нее нападает, все ее бьет и ругает.

Вот собирается раз баба на ярмарку и дочку с собою берет. Нарядила ее, как панночку, усадила на возу, а дедовой дочке велит:
- Смотри ж, такая-сякая, пока я с ярмарки вернусь, чтоб ты прядево спряла, полотна наткала, выбелила да на стол положила.

Вот села девушка у оконца и плачет. А тут подходит к оконцу корова, что от ее покойной матери осталась.
- Чего ты, девонька, плачешь? — спрашивает ее.
- Как же мне, коровушка-матушка, не плакать? Велела мать, чтобы я, пока она с ярмарки вернется, и напряла, и наткала, и полотно бы выбелила.
- Не горюй, голубка моя! Влезь мне в правое ухо, а в левое вылезь и наберешь там полотна, сколько тебе надобно.

Влезла она вмиг коровке в правое ухо, а там — добра!.. Взяла она три штуки полотна белого да тонкого, вылезла в левое ухо, положила полотно на стол, сама у оконца села, мачеху дожидается. Приехала мачеха.
- Ну что, такая-сякая, готово полотно?
- Готово, — говорит, — вон на столе лежит.
- Где же ты его взяла? Должно быть, украла!
- Нет, — говорит, — сама напряла.

Вот спустя неделю или около того опять собирается баба на ярмарку, опять берет дочку с собой, а дедовой снова велит, чтобы полотна наткала. Села она у окошка, плачет. Приходит корова.
- Чего ты, девонька, плачешь?
- Да как же мне, коровка-матушка, не плакать? Мать снова велела, чтобы было полотно.
- Не горюй, — говорит коровка. — Влезь мне в правое ухо, а в левое вылезь, да и набери, сколько тебе надобно.

Она полезла, взяла полотно, положила на Стол, села у оконца и мачеху дожидается.
- Спасибо, — говорит, — тебе, коровка, что меня выручаешь!

Приехала мать, спрашивает: — Ну что? Полотно готово?
- Вон на столе, — говорит.
- Да где ж ты его берешь, такая-сякая? Должно быть, воруешь?

Та говорит, что нет, сама, мол, полотно наткала. Мачеха не верит.

Вот спустя несколько дней собирается опять баба на ярмарку и велит снова дедовой дочке, чтобы было полотно. Перед отъездом послала ее за чем-то к соседу, а сама с дочкой советуется, как бы это подсмотреть, где она полотно брать будет.
- Знаешь что, мама? Полезу-ка я на печь, улягусь у трубы, а ты меня укроешь, вот она меня и не заметит, а я уж все высмотрю, что она делать будет.
- Ну хорошо, — говорит, — дочка!

Забралась она на печку, а баба поскорей прикрыла ее, а сама оделась и поехала, пока еще дедова дочка не вернулась. Вернулась дедова дочка, села у окошечка и плачет. Пришла коровка.
- Чего ты, девонька, плачешь?
- Да как же мне не плакать, если мать снова велела мне полотна наткать.
- Не горюй, — говорит коровка, — все устроится. Влезь мне в правое ухо, а в левое вылезь.

Полезла она, взяла полотно, положила на стол, сама села у оконца, мачеху дожидается. А бабина дочка лежит на печи и все видит и слышит.

Приехала баба.
- Ну что, такая-сякая, готово полотно? — Готово, — говорит.
- Ну, ступай волов выпряги!

Только та из хаты, а дочка слезла с печи и давай матери рассказывать, что тут было. Начала тогда баба клясть-проклинать корову.
- Чтоб и духу ее не было, — говорит деду, — зарежь да зарежь!
- Да зачем же ее резать? Ведь корова такая хорошая, что ни год, то с теленочком.
- Чтоб не было ее! Душа моя ее не выносит! Нечего делать деду.
- Что ж, — говорит, — завтра зарежу.

Как услыхала дедова дочка, что её коровку зарезать собираются, плачет. Вышла в ночи тихонько из хаты и пошла к коровке на скотный двор.
- Коровка-матушка, — говорит, — тебя зарезать собираются.
- Ничего, — молвит коровка, — ты, девонька, не горюй; как зарежут меня и станут разбирать мясо, ты себе ничего не бери, возьми только голову; а как дадут тебе голову, ты возьми и закопай ее там-то и там-то на огороде и каждый день наведывайся.

Вот на другой день утром наточил дед нож и пошел за коровкой.

Зарезал её, обмыл, внес мясо в хату и давай его делить.
- А тебе, — спрашивает, — дочка, что дать?
- Ничего мне не надо, только голову дайте.
- Вот глупая! Что с головы проку?
- Ничего, уж дайте мне голову!

Дали ей голову. Отнесла она ее сразу же на огороди закопала. На другой день поднялась раным-рано, тотчас пошла на огород к тому месту, где голову закопала. Пришла, глядь
- а там выросла уже яблонька, да еще какая! То золотой на ней листочек, то листочек серебряный.

Любуется она яблонькой. А пташки поют: соловьи, кукушки, райские птицы
- так всю яблоньку и укрыли, и к ней, дедовой дочке, ну прямо так и садятся на плечи и на голову, — так ее всю и прикрыли, и щебечут. Постояла она, постояла, поглядела и вернулась опять в хату, как ни в чем не бывало.

Прошло так, может, с месяц. Ходит дедова дочка, что ни день, к яблоньке, а яблонька выросла уже большая, зацвела золотыми и серебряными цветочками, а там и яблоки на ней поспели: одно золотое, а другое серебряное. А про яблоньку никто из домашних и не знает. Уж на что бабина дочка проныра, но и та еще не доведалась.

Но проезжал раз мимо села какой-то пан, глянул на дедов огород, а там что-то, словно солнце, сияет. Велел пан остановить лошадей и своего слугу посылает.
- Ступай, — говорит, — посмотри, что там за диво такое? Подходит слуга поближе к яблоньке, и как глянул...
- Ну, — говорит, — пане, я и отродясь такого не видывал.

А пан ему и говорит:
- Сорви мне яблочко!

Только протянул слуга руку, чтоб сорвать яблочко, а яблонька вверх — шугу! И — зашумела, а за ней и все птички ввысь поднялись, и поют-распевают. Стоит слуга и руки уже опустил. А пан ему говорит:
- Ступай позови сюда хозяина. Пришел слуга к деду в хату:
- Здорово, дед!
- Здорово!
- Это твой огород?
- Мой.
- Расскажи, дедушка, что это у тебя там на огороде за диво?
- А что такое?
- Да ты разве не знаешь? А яблонька?!
- Какая-такая яблонька? У меня и сада-то нету.
- Ну, пойдем со мной, посмотришь!

Накинул дед свитку и пошел. Как глянул на яблоньку... боже ты мой! Так глаза ему и ослепило!

Остановился он, смотрит.

А пан из кареты кричит:
- Здравствуй, дедусь!
- Здравствуйте, паночку!
- Это что, твой огород?
- Мой.
- И яблонька твоя?
- Моя.
- А не можешь ли сорвать мне яблочко?
- Что ж, можно!
- Так сорви, пожалуйста, я за это тебе что хочешь заплачу.

Но только протянул дед руку к яблочку, а яблонька — шугу! Так ввысь и взлетела! Дед так руки и опустил. А пан говорит:
- Может, у тебя, дед, есть еще кто в хате, дочка или сын, так пусть выйдет. Если сорвет яблочко сын или баба — большую награду получишь, а если дочка — возьму ее в жены,

Пошел дед в хату, рассказал обо всем бабе. Как всполошилась баба и давай наряжать свою дочку.

А дедова дочка сидит себе в уголочке, только посмеивается, думает про себя: «Куда вам его сорвать!»

Вот баба нарядила свою дочку и повела к пану:
- Здравствуй, бабуся!
- Здравствуйте.
- А не сможешь ли ты или твоя дочка сорвать мне яблочко?
- Отчего ж, паночку, можно. Дочка, сорви-ка пану яблочко!

Но только протянула дочка руку, а яблонька вверх — шугу! Она так и покраснела и бегом в хату.

Подошла потом баба. Да куда уж там — только стала она подходить, а яблонька и махнула уж вверх!
- Что за чудо! Может, у тебя, дед, есть еще кто в хате? — спрашивает пан, — так пускай выйдет.
- Да есть еще, пан, дивчина. А баба не утерпела:
- Да что ты там толкуешь? Да это, паночку, у нас неряха такая, что и глянуть противно.
- Ничего, пускай выйдет! Позовите ее.

Пошел дед ее звать. Накинула она сермяжку — латка на латке — да и вышла.
- А что, девушка, не сможешь ли сорвать мне яблочко?
- Хорошо, — говорит, — пане, сейчас.

Только стала она подходить, а яблонька так к ней и пригнулась, а птички ее так и прикрыли, поют заливаются. Сорвала она яблочко, подала его пану.
- Раз так, — говорит пан, — ты будешь моей! Я объявил: кто из девушек сорвет мне яблоко, ту и возьму в жены.

Взял он ее за руку и усадил возле себя в карету. Поехали они, и яблонька за ними двинулась.

Вот приехали они домой, и ввел пан дедову дочку в свои хоромы.
- А теперь, — говорит — будь хозяйкой в моем доме. И вмиг откуда и взялись служанки, принесли ей богатую одежду, одели, а на другой день пан с ней обвенчался. А яблонька стала как раз у окна, перед их горницей; а пташки поют, щебечут, хорошо и весело жить молодым!

Так прожили они год, уже и ребеночек есть, радуются они.

Вот и говорит раз баба деду:
- Как-то живет теперь твоя дочка? А давай, дед, поедем ее навестить.

Собрались и поехали. Баба взяла и свою дочку, а чтоб дед не заметил, положила ее на возу и епанчой укрыла.

Приехали туда. Хозяин с хозяйкою так им рады. И стала баба такая, что прямо не узнать: к дочке, к панночке, такая добрая да ласковая, возле ребеночка все суетится, по хозяйству пошла, всюду разглядывает.
- Я, — говорит, — поживу у тебя, дочка, может, чем тебе и пригожусь.

А ее дочка все на возу лежит, и никто не знает, что она здесь. Пани о ней расспрашивает, жива ли, здорова ли, не выдали ли замуж.
- Нет, — говорит, — она дома по хозяйству осталась.

Гостят они там вот уж неделю и вторую, а баба все не показывает свою дочку. Вот поехал раз пан на охоту и задержался. Все домашние уже спать улеглись. Взяла тогда баба свою дочку, повела ее в покои, нарядила ее в панскую одежду и в панскую постель уложила, а с пани сделала так, что та уплыла щукою в море.

Приехал пан, сразу пошел в горницу к пани, рассказывает ей, где бывал, почему задержался, а та все стонет:
- Я, — говорит, — больная.

А ребенок на другой день все плачет и плачет без матери.
- Чего он плачет? — спрашивает пан.

А один слуга видел все, что тут делалось, взял ребенка на руки и говорит пану:
- Понесу я его прогуляться.

Вот принес он его к берегу и кличет:
- Сестрица моя, Оленица! Выплынь, выплынь к берегу, дитя твое умирает.

Выплыла она на берег, взяла ребеночка, накормила, поглядела и назад слуге отдала, а сама — в воду.

Вот так и ходил слуга к ней, может, с неделю, пока пан не заметил.
- Куда это ты все носишь ребенка?
- Да куда ж, пан, носить, как не в сад или на речку, чтоб не плакало.
- Ой, нет, врешь! Признавайся, а то плохо тебе будет.

А слуга так-таки и не признался. Вот вынес он раз ребенка к речке, а пан проследил за ним издали и спрятался за лозами. Стал слуга кликать пани, она и выплыла. Только она взяла ребенка, а пан из-за куста. А она — бух в воду!..

Велел пан принести тогда сеть. Закинули сеть, поймали ее. Принесли домой, внесли в горницу.

Велел пан нарезать розог, и давай ее сечь. Уж она, бедняжка, и в лягушку, и в гадюку, и в кукушку обращалась, а он все ее сечет, а потом взяла и обернулась под конец женой. Начала тут плакать и рассказывать:
- Как тебе, — говорит, — не совестно так надо мной издеваться! Да разве ж это я по своей воле — это мачеха так со мной сделала.

Велел тогда пан вывести из конюшни самых быстрых, необъезженных жеребцов и привязать бабу вместе с дочкой к конским хвостам. Привязали их и пустили в чистое поле.

А пан с пани стали жить-поживать ладно и весело.

Все сказки раздела
Карта сайта Рекламодателю О проекте Связь с нами Каталог детских сайтов