Нужны ли вундеркинды?

Раннее развитие вошло в моду. Ребенок, который к моменту поступления в школу не умеет читать, считается чуть ли не педагогически запущенным. И современные продвинутые родители стараются всеми силами пристроить ребенка в элитный детский сад, чтобы там с ним занимались по методикам «раннего развития», заработать на няню или, в крайнем случае, вооружить методичкой бабушку — пусть готовит вундеркинда! И все эти усилия направлены только на то, чтобы ребенок к трем годам уже научился читать и считать! Да только нужно ли это?

Представление о мире, или Дважды два четыре?

Конечно, это очень удобно, когда трехлетний кроха не ходит за вами целый день, плавно превращая все свои книжки в мусор, а тихонечко сидит в укромном уголке и читает.

Только эта идиллическая картинка нежизнеспособна. Во-первых, потому что столь рано обучившееся чадо тут же зачисляется родителями в разряд вундеркиндов и они продолжают напихивать ребенка информацией с утроенной энергией, а во-вторых, потому что при таком подходе происходит подмена понятий «развитие» и «образование».

Для ребенка в этом возрасте гораздо важнее узнать, что собака лает, грызет кости, может укусить, имеет четыре ноги и вся покрыта шерстью, чем уметь прочитать по буквам слово «собака». Нельзя забывать, что ребенку в первые годы жизни важно не столько научиться читать и считать, сколько получить правильное представление о мире и о своем месте в нем.

Вся наука педагогика основана на понятии «возрастная норма», позаимствованном из области медицины и физиологии. Считается, что человек во столько-то лет научается говорить, во столько-то лет становится готов к школе, а во столько-то ему можно доверить вождение автомобиля. Такой подход нельзя назвать абсолютно верным, но все же он достаточно обоснован.

Ребенок в течение первого года жизни должен научиться очень многому: нужно установить связи с окружающими (родителями, братьями и сестрами, няней и т. д.), обрести доверие («Когда у меня неприятности, я могу быть уверен в том, что родители мне помогут») и усвоить концепцию неизменности предметов («Когда мама прячется за креслом, она все равно находится там, хотя я ее не вижу»). Ему также необходимо научиться пользоваться своим телом (садиться, стоять, ходить), руками (брать и бросать, а также манипулировать предметами) и мозгом (решать проблемы типа: как-мне-достать-с-полки-игрушку-если-я-до-нее-не-дотягиваюсь?), узнать значение сотен слов и освоить, как их произносить, используя сложное сочетание голосовых связок, губ и языка.

Эта программа значительно превосходит по объему тот материал, который предлагается к усвоению в первый год обучения в школе. Добавление еще одного «предмета» может вытеснить из «расписания» несколько крайне важных навыков основного развития.

Хотя лишь немногие родители будут заставлять ребенка стоять до того, как он к этому готов, многие без колебаний торопят развитие мозга, например, понуждая свое чадо читать чуть не в колыбели. Почему? Может быть, потому, что значительно проще представить повреждение ног, которые слишком рано начали нести непосильную нагрузку, чем ущерб, нанесенный перегруженному мозгу. А может, потому, что в некоторых семьях гораздо больше внимания уделяется интеллектуальным достижениям ребенка, чем его физическому и эмоциональному развитию...

Никто не называет детей, владеющих двумя языками, вундеркиндами, если они живут с рождения в семьях, где родители говорят на двух языках. Причем такой двуязычный ребенок не путает слова, а говорит со взрослыми и сверстниками на том языке, на котором к нему обратились. Для него это естественно.

Раннее развитие выдергивает маленького человека из социальной ниши, предуготовленной ему традициями и законами. Что делать вундеркинду, которому по возрасту надлежит быть в первом классе, а по уровню знаний — в пятом? Бороться ли ему с зевотой в компании сверстников или пытаться утвердиться среди тех, кто на голову выше ростом? Или, не ходя в школу, продолжать учиться самостоятельно, чтобы к тому времени, когда ему принесут повестку в военкомат, освоить математику в объеме мехмата, а английский в объеме иняза?

Природа не отдыхает!

Известно, что неталантливых детей не бывает, просто не всякий талант удается раскрыть. Часто одаренные люди с раннего возраста проявляют большие успехи в какой-либо деятельности.

Если же ребенок не демонстрирует явных успехов на каком-либо поприще, то это вовсе не означает, что «на нем природа отдохнула». Существуют некоторые признаки, сигнализирующие об одаренности ребенка.

Прежде всего это любознательность во всех ее проявлениях. Способные дети сопереживают чужим проблемам: эмоционально подключаются к судьбам героев услышанных сказок. Они расположены к самостоятельному мышлению, проявляют оригинальность и фантазию. Одаренные дети могут проводить долгое время в одиночестве, трудясь над своими проектами, в то время как установки взрослых им надоедают и раздражают.

Если ваш ребенок проявляет интерес к словам, буквам или цифрам, всеми средствами старайтесь его поощрять, но не отменяйте поход на игровую площадку для того, чтобы посвятить все время занятию. Обучение независимо от того, чему вы учите ребенка — бросать мячик или узнавать буквы, — должно доставлять ему удовольствие.

Дети приобретают уверенность, узнавая то, что важно для них самих, а не для родителей. Если у ребенка появится ощущение, что занятия, которые предлагают родители, важнее того, чем он хотел бы заняться сам, это способно нанести серьезный удар по его чувству собственного достоинства.

То же самое может произойти, если ребенок начнет думать (не важно, есть ли на это основания), что ему не по силам оправдать надежды, возлагаемые на него родителями.

В конечном итоге, если ребенок научится себя любить и уважать, это даст ему значительно больше, чем умение читать или играть на пианино, приобретенное в раннем детстве.

Автор: Катерина Белкина

По материалам bt-lady.com.ua